Край печали

Тетушка Тамура давно уже жила в краю печали. За годы проведенные здесь, она успела полюбить низкое серое небо, дымку дождя, деревья беспрестанно роняющие желтые листья. Для нее давно уже стали родными бродячие псы, голодный вой которых заменял ей музыку. А друзьями были огромные черные птицы, разрезающие холодный воздух черными крыльями. Она любила фонари, которые никогда не гасли, и тусклый блеск звезд, и грязные лужи. Да, за время проведенное в мире печали, она успела стать ее частью.

шел дождь печали

Если спросить у соседей знают ли они тетушку Тамуру, они удивленно покачают головой в ответ: нет, не знают. Но они знают морщинистое лицо, глядящее во двор из окна с шестого этажа. Лицо похожее на растение в горшке, опирающееся на узловатые ладони-корни. Это лицо знает каждый и оно знакомо им лучше, чем луна. Все — мальчишки гоняющие облезлого кота, усталые служащие спешащие к телевизору, утонувшие друг в друге влюбленные – абсолютно все нет-нет, да взглянут на бледнеющее в сумерках лицо. Посмотрят пару секунд, вздохнут облегчено – это их самый надежный ориентир. Знак вечности.

Тетушка Тамура и сама иногда чувствует эту странную вечность живущую в ней. Сколько лет изо дня в день она садится у окна и слушает дождь. А дождь шепчет ей: «Здравствуй, Тамура, здравствуй. Снова мы вместе и я тебе пою. А знаешь о чем моя песня? О том, что жизнь ушла. О том, что ты не ты. И я плачу по тебе, и ты плачешь». А Тамура слушает дождь и ей кажется, что капли сбегают не по стеклу, а по ее глазам. И сквозь эту пелену мир выглядит заплаканным.

Когда она впервые очутилась здесь, Тамура и сама не помнит. Просто ноги стали тяжелыми, а руки не послушными. Она хотела выйти на улицу, но ступенек оказалось слишком много. Тогда она решила уснуть, но сон не шел к ней. Сколько уже времени Тамура провела у окна? Если вы спросите об этом у ее соседей, они ответят – вечность. Если вы спросите об этом у Тамуры, она пожмет плечами. Если вы спросите об этом у дождя, он заплачет.

Раз в неделю к Тамуре приходит дочь. Каждый раз, она шумит ключами и зябко ежится. Наконец справившись с замком, заходит в квартиру, встряхивает головой, выплескивая забравшиеся в волосы капли и спрашивает у Тамуры:

- Ну, что? Сидишь?

Тамура согласно кивает и виновато улыбается. Да, она сидит. И сидит. И сидит. Если дочь спросит ее, когда все это закончится, она в очередной раз виновато улыбнется. Больше дочь не заговаривает с Тамурой. Нагруженная пакетами она идет в кухню, складывает продукты в холодильник, моет пол, заправляет стиральную машинку, перестилает кровать. Через несколько часов, усталая и безразличная, вновь нагруженная пакетами – только теперь с мусором, одевает плащ и берет ключи.

- Я пошла. Ну ты как? Нормально? — спрашивает она уже в дверях.

Нормально, кивает Тамура, нормально. Только сердце стало биться тише и каждый удар – боль. Только вот дождь зовет к себе и хочет плакать вместе. Но об этом Тамура никогда не говорит дочери.

Иногда вместе с дочерью приходит и внучка Тамуры. Тогда дочь сажает девочку к Тамуре на колени и принимается за уборку. Тамура смотрит на светящееся лицо девочки и задыхается от счастья, а девочка удивленно разглядывает морщины бабушки и улыбается. Девочка была маленькой и не могла говорить, а Тамура была старой и отвыкла от слов. Они просто смотрели друг на друга и все понимали. Это было солнце Тамуры, которого ей так не хватало.

А однажды, когда с неба лил дождь, когда фонари лёгкой пыльцой расползлись по лужам, а запуганный мальчишками кот тихо спал на ветке березы. Однажды, подняв голову вверх, люди не увидели Тамуру. Ее не было. А дождь стал крепчать. И был теплым. Как слезы.

И весь двор, вдруг, вздохнул печально. А дочь, придя как обычно с продуктами, не застала Тамуру дома. Она зашла в спальню, на кухню, в ванну, вновь вернулась в комнату. Тамуры нигде не было. Тогда дочь села на кресло матери. И ей казалось, что капли дождя не на стекле, а на ее глазах. А дождь все шел и шел.



Комментарии
  • Ефимия

    Старость – это всегда печально, хотя, живут же в других странах пенсионеры, счастливо и путешествуя. А нашим старикам только и остается, что любоваться дождем и ждать, когда он позовет к себе.

  • Ангелина

    Грустная история, как будто не дождь шел, а морось липкая и неприятная, котороя оставляет осадок на душе, жаль , что в старости люди жувут в одиночестве и про них вспоминают очень редко.

  • Елена

    Очень грустный рассказ. Давайте будем чаще задумываться о том, что рядом с нами даже самые близкие люди могут быть одинокими. Даже если с ними рядом толпа людей это не гарантия от одиночества…

Добавить комментарий

Я не робот (обязательно поставьте эту галочку).


Рубрики
Меню
Новые записи
Подписка на новости
Публикация на сайте
Разное